Архив автора: Admin

Постижение Кобзаря завещаний поэтами пражской школы Иногда можно услышать мнение, что, мол, в отличие от предыдущих литературных поколений, что бесконечно рыдали над судьбой Украины, " непокориме поколения "певцов-пражан подняло к культу действие, дело, подвиг, а затем резко противопоставило себя тем любителям плача и рыданий. Но как тогда быть с такими «слезами» Т. Шевченко («Боритесь — поборете!», «Вставайте, кандалы порвите») или И. Франко («Лишь бороться — значит жить», "Или смерть, или победа! / — Это наш оклик боевой! «,» Только веди, а не грусти «,» Лишь борись — не мирись "), П. Грабовского (" Вставайте, вкраинци! Едем без страха! «,» Вперед! Только прозябать рабами, / Время ярмо брезгливую снести! ») или Александра Олеся ("Оружие в руки! По мушкеты! / Будут еще бои! ... «,» Будьте тверды, как с крице: / играть не пора! ... "). Ведь подобные лозунги постоянно отражаются в поэзии Пражской школы, свидетельствуя ее генетическую укорененность в украинском классическом литературе. Приведем для примера хотя бы такие известные лиризовани императивы Олега Ольжича («Захочешь — и будешь», «Жить полно, широко и скоро / И урвать, как пение», "Смертоносные! Твердые! Непреодолимые! / Дорогие безумно! Придите! ") и Елены Телиги («Чтобы Бог послал мне величайший дар: / Горячую смерть — не зимне умирания», «Только тем данная победа, / Кто и в боли смеяться мог!»), Юрия Липы («Дай нам стремятся век победы!», «Мечи нам — как ладони», «О, острый мечет, / Веди нас заново!») и Ивана Ирлявского («Готовимся на преграды, бури, / Всех мужественных рыцарей — в ряды!», «Любовь — своим, а врагам — возмездие, / Народу цвет — в народнии полки»). Читать далее →

Постановка проблемы определила следующие задачи:

  1. Освещение основных положений концепции М. Адлера.
  2. Создание условной модели литературного произведения.
  3. Воспроизведение путей взаимодействия литературного произведения и культуры личности.

В соответствии с целью и задачами исследования в нашей работе применены культурно-исторический метод и общекультурный подход. Значение литературных произведений в культурном становлении человека давно и хорошо известно и неоднократно подчеркивалось многими выдающимися деятелями науки и культуры. Необходимость повышенного внимания к проблеме воспитательного назначения литературы определяется временем. По мнению В. Медведев, через нивелирование литературы как духовного продукта происходит нивелирование основных традиций духовности. Отчуждение молодежи от литературы к нарушению в гармоничном развитии личности. Литература, в частности массовая литература, играет значительную роль в становлении личности, способствует обогащению читательским и жизненным опытом, формирует образное мышление, воспитывает художественный и эстетический вкус, влияет на утверждение основ нравственной личности. Как уже отмечалось, духовный мир человека определяется произведениями литературы, которые она прочитала. По мнению Мортимера Адлера чтения и обсуждения этих произведений должно стать частью гуманистического образования. Литература занимает исключительное место среди других факторов в функционировании образовательной и воспитательной систем. Именно она определяет глубину норм и ценностей, поле индивидуальных вариантов развития личности, которые она получает на том или ином этапе жизни. Читать далее →

Странный сон приснился и Олеси, любимой девушке Андрея. Сон, что предупреждал об опасности. Видела она во сне Черную гору. На ее вершине стоял высокий старец с опущенной головой и руками сложенными накрест на груди. Андрей старался выбраться на гору. Но вдруг появился какой-то страшный черный человек, схватил Андрея за руки и с размахом бросил в глубокую яму. Таинственный старец, словно молния, слетел с вершины горы и поймал Андрея. А тот человек, который сбросил Андрея, потеряв равновесие, упал в воду. Сон осуществился. Случилось так, что Алексей Довбущуки заманил Андрея старой дома, жестко избил и оставил умирать. А спас его от смерти таинственный старец (Довбуш). Вторая часть вещего сна была связана с опасностью Олеси. Вот что она пересказала дальше: „ Я не могла ни кричать, ни плакать, ни даже с места сдвинуться. Вдруг показалось мы, вырвались из густого леса два страшнии медведи и начали меня дергать. Я стояла как окаменила, я видела глибокии раны, слышала боль, и не видела крови, — не могла кричать. Вдруг в страшном одчаяню я добыла всех сил и с безмерным шумом бросилась с скалы в глубокую Шумяч воду, которая под мнов серебром розприслась. Я еще послидний раз скричала и в той же волне пробудилась «. Раны, кровь — олицетворение и добра и зла, и зла в широком плане, кровь как „ добро» — это жизнь, свобода, духовное начало , а кровь как „ зло «- это смерть, гибель, наказание, месть и много значений, очевидно, более скрытых, чем в крови — „ добрые». Образы „ кровь «и „ раны» — вобрали в себя всю боль, все страдания, страсти, несбывшиеся мечты, утраченную веру. Читать далее →

Теоретическая модель массовой литературы в контексте гуманистической концепции Мортимера Адлера Основой парадигмы общественного развития в XXI в. стали человек как высшая ценность и культура как условие самоорганизации и саморазвития личности. В процессе реализации творческого потенциала индивида и формировании культуры молодежи в соответствии с объективными требованиями и реальными возможностями современного мира большую роль играет и массовая Литература. По убеждению выдающегося философа и педагога Мортимера Адлера духовный мир человека определяется произведениями литературы, которые она прочитала, так полно нравственные эталоны общества находят свое отражение в литературе. Каждая культура, каждая эпоха выработала свои идеалы, свои эталоны и нормативные образцы. В истории человечества закрепились образы героев Эллады, скандинавских викингов, славянских дружинников, английских джентльменов, японских самураев, американских бизнесменов. Миллионы и миллионы людей стремились подражать героям Гомера, М. Сервантеса, Гюго, Дж. Лондона, Д. Ґолсуорси, Л. Фейхтвангера, А. Сент-Экзюпери. Глубокий след в сознании целого ряда поколений оставили созданы Л. Толстого образы Андрея Болконского и Пьера Безухова. Их характеры существенно различаются между собой, но в них, так же как и у других героев мировой литературы, есть много общих черт, таких, как благородство, высокое чувство чести, активная благотворительность, объединяющая лучших представителей разных эпох и культур. Современный мир обладает значительным потенциалом культуры, но вследствие неразвитости социальных механизмов включения людей в мир красоты и формирования умений и навыков жить по законам красоты в значительной их части, в частности, молодежи, не выработаны соответствующие ценностные ориентации и потребности подражать культурные традиции. Читать далее →

2. Познавательная функция. Литература познает мир эмоционально-рационально в форме конкретно-чувственных образов (символов). Такие сочетания эмоционально-интуитивного и рационального, конкретно-чувственного и обобщенного позволяют произведения массовой литературы познавать материальную действительность. 3. Игровая функция. В произведениях массовой литературы игровой дух оказывается в искусственной, упорядоченной по отдельным правилам ритмизации языка, в умышленном сокрытии смысла, в искусственности и красоте построения фразы. В любом произведении массовой литературы писатель сознательно или бессознательно имеет целью создать такое напряжение, которая „ очаровала "читателя, держала его в восторге. Чтобы передавая напряжение читателю, писатель обычно кладет в основу своего произведения ситуацию борьбы и любви. В подавляющем большинстве случаев центральной темой является спор — задача, которую герой должен выполнить, испытания, которые ему нужно пройти, препоны, герой должен преодолеть. Другая группа тем, которые вызывают напряжение, основывается на сокрытии личности героя. Он выступает инкогнито за того, что сознательно скрывает свою сущность. С помощью условной теоретической модели массовой литературы, как мы убеждены, можно расширить перечень функций, которые могут быть присущи произведения массовой литературы. Как многофункциональная система произведение подчинен четкой иерархии. Чтение произведений с соответствующим текстом предусматривает культурное насыщение личности социокультурными ценностями. Читать далее →

Мировой резонанс литературы Украинский зарубежья Не так давно — 18 мая 2007 — на базе Института филологии и журналистики Херсонского государственного университета, кафедры украинского литературоведения и межкафедральной лаборатории «Украинская литература в англоязычном мире» было проведено ИИ Всеукраинскую студенческую научно-практическую конференцию «Литература украинской диаспоры в мировом историко-культурном контексте», ставшей небудничным событием, надолго запомнилась многим. В результате работы этого научного форума, напечатаны одноименный сборник материалов, где опубликовано труда 38 молодых исследователей из Волынского государственного университета имени Леси Украинский, Винницкого государственного педагогического университета имени М. Коцюбинского, Запорожского национального университета, Луганского национального педагогического университета им. Т. Шевченко, Черниговского государственного педагогического университета имени Т. Шевченко, Полтавского государственного педагогического университета имени В. Г. Короленко, Черновицкого национального университета имени Ю. Федьковича, Глуховского государственного педагогического университета, Славянского государственного педагогического университета и, конечно, нашего Херсонского государственного университета. Читать далее →

Пока живы украинские диалекты — живет Украина «Европа — казна языков». Так звучит лозунг Совета Европы до 2001 года, провозглашенного Европейским годом языков. Если бы в этой сокровищнице принимали только письменные языки, тогда украинском — по румынам, россиянам или современным грекам — пришлось бы показывать свои последние «письменные пропуска» как бы 200-летних новых литературных языков. В частности, у нас — со времен И. Котляревского и только. Да еще и орфография до сих пор не упорядочена, и словарь засорен, и узус незавершен («пишите так ...», «не пишите так ...»). Однако письменная речь — это, оказывается, еще не все. И здесь мы не хуже и не лучше других, лишь немного замедлили, потому до недавнего времени были самым безгосударственным народом Европы. Некоторые европейцев кодифицировал свои языки раньше (например ирландцы или французы), другие — позже (итальянцы, немцы), а еще кто-то — и совсем недавно (румыны, норвежцы). Следующий пассаж из книги столетней давности настолько нас касается, что стоит развернутой цитаты. Как пишет тогдашний румынский автор Б. Александре, "недовольны объединением двух (христианских. — К. Т.) церквей на Флорентийском соборе 1449, молдаване сбросили своего митрополита Митрофана и отменили латинское письмо, введя славянскую литургию. Из церкви славянский язык перешла к правительству и стала его официальным языком. Большинство государственных актов и немало рукописей того времени написаны на этом языке, которую не понимали ни простые люди, ни сами священники. Еще позже сюда пришла греческий язык — со времен появления династии фанариотов конце XVII в. За неполных сто лет греческая заполонила здесь все — княжеский двор, города, управления, школы и суды. Туземная речь осталась только в селах. После возвращения к власти местных княжеских родов в 1821 году началось литературное возрождение, в Румынии, как и в Греции, предшествовало возрождению политической. Язык пришлось творить заново. Или, лучше сказать, возрождать. Читать далее →

Легенды и сказки, которые часто вплетает писатель в соответствии с свитлосприймання своих героев, художественные средства, созданные преимущественно на местном материале, диалектизмы, искусно вкрапливаются и в авторскую речь, и в речь персонажей — все это придает произведению романтичного, иногда сказочного колорита и одновременно не отрывает от «земли». Гуцульщина вырисовывается перед нами такой, какой ее видели сами гуцулы, которые глубоко верили, будто природа одухотворенная, живая, действующая, заселена злыми или добрыми духами. Гуцул "знал, что в мире господствует нечистая сила, аридник (злой дух) правит всем; что в лесах полно леших, которые пасли там свою маржинку: оленей, зайцев и сери; там бродит веселый чугайстрир, который сейчас просит встречного танцевать и раздирает нявки; живущий в лесу голос топора. Выше, по безводным далеких неде, нявки разводят свои бесконечные танки, а по скалам прячется леший ... Всякие злые духи заполняют скалы, леса, пропасть, дома и загоны и подстерегают христианина или на скот, чтобы сделать им школу ". Мастерски воссоздавая поверья и обычаи гуцулов, часто в полусказочном тоне М. Коцюбинский раскрывает их темноту и суеверие, вполне реально изображает их убогую жизнь, тяжелый труд, хозяйствования. Читать далее →

Итак, в романе «Идиот» художественный эксперимент Ф. Достоевского «новая женщина и современное общество» доказал несовместимость этих двух понятий (Аглая смогла реализовать себя, только выехав за границу и женившись с иностранцем). Общество времен Ф. Достоевского не было готово принять «новую» женщину — сильную, умную, образованную. Именно поэтому князь Мышкин выбирает слабую, непоследовательной, малообразованную Настасью Филипповну, которая руководствуется не разумом, а интуицией, чувствами. Вместе с тем, в романе М. Хвылевого прослеживаем кардинально противоположный развитие сюжета. Прежде всего следует отметить, что Аглая с «вальдшнепов» выбирает идеологически слабого мужчину, хотя сама имеет принципиальные убеждения относительно направления культурного прогресса Украины и делает все возможное и невозможное для обращения в свою веру Карамазова. И здесь перед читателем встает непростой вопрос: зачем молодой, красивой, умной, перспективной, уверенной в себе женщине такой морально неустойчивый (Дмитрий открыто ухаживает за Аглаи, хотя жену), малообразованный представитель враждебной ей коммунистической партии? Допустимые различные варианты ответов. Возможно, Хвылевой стремился в образе Аглаи воссоздать тип «женщины-вамп», которая, покоряя чужого мужа, коммуниста Карамазова, наслаждается полной властью над ним, а следовательно — и над его партией, к которой испытывает ненависть. Однако этот начальный психологический мотив впоследствии дополняется мотивом влюбленности Аглаи у Дмитрия (это свидетельствует последний эпизод первой части романа, а именно страдания героини, которая, запретив Карамазову видеться с ней, сама болезненно переживает эту разлуку). Хвылевой любовный мотив (выбор мужа между двумя женщинами — женой Анной и любимым Аглаей) дополняет общественно-политическим: ведь выбирая подругу, Карамазов выбирает различные варианты будущего, и своего собственного, и своей партии: каждая героиня является символом определенной идеи, диаметрально противоположной второй: интернационального коммунизма (Анна) и национального Возрождения (Аглая). Читать далее →

Шевченковские и Кулишивськи мотивы в творчества Е. Маланюка Путеводителем в жизни и в поэзии для Е. Маланюка стали прежде завещания Т. Шевченко и П. Кулиша, о чем ярко свидетельствуют и его лирика, и эссеистика (назовем хотя бы статьи «Ранний Шевченко», «Три года», «К настоящему Шевченко», «Шевченко живой», "В Кулиша годовщину "и др.). Эти титаны мысли как высокие образцы служения Украине и человечеству вдохновляли певца на неустанный творческий труд. Мысли только одного уже Кобзаря отражаются в десятках стихотворений Е. Маланюка («Шевченко», «На тризне», «Послание», «убийца», «Десятилетие», «Невичерпальнисть», «Второе послание», «Отрывок из поэмы», «Июль», «Думы мои, думы ...», «Свидание», «Мазовше, V» и др.). К ряду произведений взяты эпиграфами строки из Т. Шевченко: «И по утрам на барщину идя ...», «Молитва» («Сделай меня бичом своим ...»), «В сем небе Бога нет», «Молитва» (" ворковал голубой Иордан за ее плечами ... «), цикл» Города, где проходили дни «,» В сем Закалюжна Вавилоне ". В поэзии «На тризне» (1929), посвященной сто пятнадцатой годовщине великого Тараса, автор отмечает бессмертия его пламенного духа. Читать далее →