Архив рубрики: Документальная проза

Западно историческая повесть 20 — 30-х годов ХХ века как явление массовой литературы Западно историческая повесть 20 — 30-х годов прошлого века — неординарное явление в истории отечественной литературы, которое прежде всего поражает своими количественными показателями. За достаточно короткий промежуток времени было написано и напечатано более пятидесяти произведений повистевого жанра. Работы западноукраинских писателей был настолько значительным, что считаем возможным представить только фамилии самых популярных авторов: В. Бирчак, В. Будзиновский, В. Гренджа-Донской, К. Гриневичевой, Н. Королева, Ю. Косач, Крип'якевич, Б . Липкий, А. Лотоцкий, А. Назарук, Ю. Опильский, С. Ордивський, И. Филипчак, А. Чайковский. Из-за засилья идеологических догм и конъюнктурных подходов процесс тщательного исследования этого литературного явления, несмотря на его масштабность, стало возможным лишь во времена независимости. Читать далее →

...Немеешь А на плечах — бремя поколений И веревка проклятие на шее Тяжело бьет в белый фарфор колен. Идешь на казнь, на судовисько человеческое Ввита святостью древних легенд ... Как и в Шевченко «женских» поэмах («Катерина», «Служанка» и др.), В произведении Ивана Багряного звучит безмерное сочувствие к оскорбленной героини ("Я всего лишь, всего о Марии, — / Я о тех, кого время зануздав «,» зажали сердца крик / Чья холодная горсть: / На копейки, на навоз, / Эти руки ... эти рабы «,» О Мария! Как тяжело и грузно / На земле, на позорище человеческом !!! "). Таким «позорищем человеческим» поэту казалась сама действительность, отчужденная от человека, фанатично работающая на «высокие» идеалы классовой борьбы. Но Иван Багряный прекрасно усвоил Кобзарю уроки гуманизма, а потому его муза стойка против прививки античеловечность со стороны компартийных руководителей литературно-художественного процесса. Об этом свидетельствуют прямые апелляции к Т. Шевченко в тексте поэмы Прости мне, читатель. Что я незаконнорожденных пою, — Ба! &Mdash; то вошло в закон, — незаконнорожденных на земле. И тогда, как был Тарас И вот сотня лет проходит, И пройдет милийон — рыдать по их ... Интересно, что и в авторских примечаниях к произведению фигурирует имена Кобзаря и иллюстрация с его лирической жемчужины "Исайя. Читать далее →

Таким образом, это сон-предостережение, пророческий сон (предвещает будущую гибель девушки). И. Франко имел целью этим сновидением передать и тревожное состояние Олеси, ее переживания за Андрея. Отслежены особенности указывают на то, что он хотел и напугать сновидением. Сновидения Медарда из романа Гофмана, по моему мнению, сложнее и оригинальнее вышеупомянутый сон Олеси. Однако надо отдать должное и молодом Франко, который привел, как было продемонстрировано в анализе, много способов для создания жуткой тонации сновидения. Поэтому если говорить о сходстве на сюжетном уровне, то следует исходить не столько с сходства сюжетных ситуаций, как с тождества литературных приемов, которые дают Гофману и Франко возможность воссоздать ту атмосферу ужаса и страха, которая должна была стать ведущей эстетической приметой „ готического романа ". На имагологичному уровне сравнительного исследования этих произведений можно выделить один из самых знаковых типов в персонажное системе готического романа. Это патологический тип персонажа, тип человека с разрушенной психикой. Пафос романа Гофмана состоит в проницательному изображении душевных переживания Медарда. Самые невероятные события и явления, к которым причастен Медард, бледнеют перед остервенением его эмоциональных переживаний и лавиной чувств. Читать далее →

Шевченковский символика характерна и для описаний Ю. Клена позднего времени — периода Второй мировой войны. Важное место в эпопее принадлежит характеристике поэтом подвижнических действий Елены Телиги и других украинских патриотов-государственников, обреченных на гибель, но не покоренных. Поэтому не случайными есть упоминания в таком героико-патетическим контексте о Кобзаря и его следы в памяти духовных наследников. Читать далее →

Ей и был посвящен первый роман писателя „ Петрии и Довбущуки «и ряд произведений позднего периода, среди которых выделяются драма „ Каменная душа» и рассказы „ Гуцульский король ". Фольклорные произведения помогали в воссоздании истории опришкивского движения в разнообразных его проявлениях, бытовых деталях, заполняли пробелы там, где отсутствуют исторические документы. Когда семья разбойника не сходит с уст певцов и рассказчиков, становится общеизвестным, начинает действовать художественная тенденция к созданию полной его биографии. Где родился? Откуда имеет силу? Какие славные поступки сделал? Почему погиб? Куда дел свои сокровища? В такой биографии много противоречивого. Читать далее →

Читать далее →

Тип «Новой» женщины в романах ф. Достоевского «Идиот» и г... Волнового «Вальдшнепы»: компаративный аспект сутки, в которую Хвылевой писал свой роман «Вальдшнепы» (1928 г...), Можно охарактеризовать выражением английской писательницы-модернистки Вирджинии Вулф: это исторический момент "... когда человеческая натура изменилась. Сместились все человеческие отношения ... ". Одним из факторов таких изменений были сногсшибательные исторические события: победа большевиков на большей части постимперского российского пространства, в том числе и на Украине. Однако в среде победителей ходили настроения разочарования и неудовлетворенности результатами революции: идеи, ради которых она осуществлялась, так и не воплотились в жизнь, а «великая и справедливая» Коммунистическая партия превратилась в этакого «собиратель земли русской» и спускается, так сказать, на тормозах интересам хитроватого мещанина-середнячка ". Перед общественным сознанием встает главный вопрос того периода: какая она, человек будущего, кто будет творить «голубую Савойю», так стремительно начала удаляться в далекое будущее, и возможна ли вообще коммунистическая Украина. На эти вопросы попытался ответить Хвылевой в своем рубежном романе «Вальдшнепы», ознаменовавший разочарование автора в его прежних идеалах, стремлениях и показал конец эпохи «романтики витаизму» в творчестве художника. Читать далее →

Читать далее →

Читать далее →

В той части „ Предисловия «, которую И. Франко сократил во втором издании „ Ильйонянкы» 5, он писал следующее: «Да уже по выданным пятерых предыдущих томов насобирало ся несколько новых материялив публикованих то в „ Киевской Старинh», то в „ Литературно-научный вестник ". Те нововиднайдених произведения, дали то с автоґрафив Руданского, что было пропущено с рижних причин в четырех первых томах, слишком некоторые Ричи давно печатные, а невтяжени в доси выданные тома (отрывки перевода „ Демона «Лермонтова и отрывок перевода „ Енеянкы» Вергилия, оба печатные в далеком „ правда «) несколько писем печатных в „ Зари» 1884 должны войти в состав осьмого тома, который будет выдан, скоро наберет ся столь материала чтобы заполнить том. Надеемся, что это станет ся вскоре ". Как видим, этого не произошло ни к переизданию собрание сочинений С. Руданского, что завершилось до 1912, ни позже. Порядковое сверки основного текста обоих изданий свидетельствует, что он абсолютно идентичен, а, следовательно, напечатанный из старых форм. Никаких улучшений текста И. Франко не вносил, и мог ли он это делать, когда готовил переиздание во время своей немощи? Учитывая тогдашний способ печати, удивляются, как бывший директор типографии НОШ К. Беднарский умел хранить долгое время отлитые формы для высокой печати этой книги. И еще один вывод: без сомнения, издание произведений С. Руданского, которое готовили к печати М. Комар, А. Крымский, Василий Лукич (В. Левицкий) и И. Франко, — самый авторитетный. На нем базировались издание „ Просвещения «серии „ Русская грамотность», которую выпустил Ю. Романчук6. Надо сказать, что составитель и издатель просветительского трехтомника показал себя как текстолог с хорошей стороны. Написал первый том предисловие под титулом „ Степан Руданский ", дал комментарий к отдельным произведениям, указав, когда и где они увидели свет, дал разночтения. Интересно подошел Ю. Романчук и к „ Омировой Ильйонянкы «, назвав ее „ Омировой Илияда». Читать далее →