Вот что пишет о переселении Огрызло М. С .: "Жили мы в небольшом красивом городке Любачев. Хотя жилось трудно, но спокойно. . . В памяти навсегда останется тот майское утро. Пришли вооруженные польские солдаты и закричали, чтобы за 2:00 и духа нашего не было в доме. Мама запрягла лошадь и могла за 2:00 собрать, то и бросила на подводу, привязала корову, на руки взяла моего брата (ему было 2 месяца), и так мы поехали на железнодорожную станцию, которая была от нашего дома за каких 200 -300 метров. Там, окружены солдатами, под открытым небом, мы жили до двух недель. Ждали эшелона. Видели мы со двора дома — люди растягивают разные вещи, все наше добро. В вагон нас буквально напихали вместе со скотом. Ехали мы несколько дней. И хотя у нас было направление в Львовскую область, нас завезли в Тернопольскую. Сбросили в поле. И так сбылись наши «заветные мечты». Не помню, сколько времени так мы горевали на поле. (Жаль, что нет в живых ни отца, ни матери, ни мужа, чтобы подробно рассказать). Затем из окрестных сел Пидволочиского района люди начали нас всех забирать к себе. Жили переселенцы в сараях, хлевах, а мы — в доме, потому что в драть началось двустороннее воспаление легких и папа с туберкольозою кости. Добрые люди ухаживали брата, как родного, и выходили его. В настоящее время в Брюховичах уже жили наши знакомые, и они пригласили нас к себе. С огромным трудом и дорогой ценой нам удалось приехать в Брюхович. Здесь кто-то сказал в сельсовете, что папа закончил гимназию, и его взяли работать секретарем. Но работал недолго, болезнь прогрессировала, но и нас обокрали. Забрали даже испеченный накануне хлеб. Папа умер на 47-м году жизни. Мы остались втроем без малейших средств к жизни. Началось жалкое существование, голодное и холодное, без всякой опеки правительства. Мама до смерти не имела никакого рубля пенсии. Но это уже не имеет прямого отношения к вывозу и поэтому заканчиваю на этом свою исповедь.
статор генератора kayo
Никогда я не была, вернее не ездила в наш дом. Это для меня было бы очень тяжело. И поэтому хочу, а ехать гостем на свою родину не могу. Даже те, кто остался в Любачеве, не признаются, что они Украинцы. Постоянно видится мне наш дом, сад, голубая лента Любачувка и зеленые луга над рекой, где прошло мое детство «. Читаем еще одно письмо-воспоминание:». ...Пишет Вам жительница с. Дережичи, Дрогобычского района, Чучко Ирина Петровна. Мои родители, Чучко Петр Михайлович и Чучко Эмилия Ивановна, жили в с. Клюковичи, сразу за Нижанковичах на Перемищини. Жили, как в то время, довольно неплохо. Было что-то около 5 моргов земли, каменную дом и конюшню, держали две коровы. Был один сын, мой старший брат. Когда началась Вторая мировая война, граница прошла по реке Сян и их село было в составе СССР. После 1945 года граница прошла сразу по Нижанковичах и село вошло в состав Польши. Начались переселения. Отец никак не хотел ехать, потому что думал, что границу еще раз перенесут на Сян, и кому хотелось бросать все и ехать неизвестно куда. Но наступил 1947. Пришли поляки (это было в мае) и сказали убираться. Дали подводу и возьми, что хочешь, тех пару часов. Родители, правда, не очень переживали, потому что в доме оставались еще отца мать и сестра, думали, что все, что есть в доме, сохранится. Но за пару дней также вывезли, несмотря на то, что мать отца была тяжело больна и совсем не вставала с постели. Ее погрузили на подводу и вместе с дочерью отвезли за Перемышль. Там их продержали то со 2 недели, а потом отпустили домой. Бабушка в скором времени умерла. Все, что было в доме, за это время было разграблено, остались голые стены. А родителей с сыном повезли на запад, на бывшую германскую территорию в Щецинский воеводство, уезд Члухов, городок БялиБур, где в 1948 p. родилась я. Там прожили до 1950 года. Жили там в каком-то доме, но как свой его не оформили. А в 1950 p. мама добилась переезда сюда, на Украину, к своему отцу, который проживал в с. Библо, настоящего Старосамборского района. Отец от тех всех переживаний заболел и нигде не работал, был все время в больнице, где и умер. . . « Так трагически заканчивалось переселения Украинской из Польши в УССР. Но не лучше судьба постигла и тех, которые по тем или иным причинам не переселились на территорию УССР. Они по акции» Висла "были жестоко репрессированы и пацификовани на западные и северные земли Польши, ранее принадлежавшие Германии, в частности в Ольштынского, Гданьск и Вроцлавское воеводства. Выселяли их 6 дивизий Войска Польского под командованием генерала С. Моссоро. На сбор давалось до 2 ч., Не всегда выдерживалось, разрешалось брать то, что человек мог успеть схватить в руки. Тех, которые возвращались домой, чтобы еще что-то захватить с оставленного имущества, бросали в концентрационный лагерь, созданный специяльно для Украинской на базе бывшего гитлеровского концлагеря на территории бывшей филиала Авшвици в Явожну, где оказалось 3,936 человек, в том числе 823 женщин и несколько десятков детей , а у 200 человек в результате пыток навсегда остались за колючей проволокой. Это был настоящий геноцид по отношению к украинскому народу. Страшно подумать, что поляки, одного Бога веры с Украинской, могли так жестоко обращаться со своими собратьями. Если смотреть на эти события с расстояния 45 лет, когда между собой конфликтовали два братских славянских народа, не трудно увидеть в этой ситуации сталинскую модель беззакония, жертвой которой стала и Польша, когда в репрессивной сталинской политике два народа нацьковувались друг против друга и таким образом взаимно истреблялись. Сегодня и правительство СССР, и Сенат Республики Польша осудили репрессии, кое-что делается для исправления причиненного обид. Но люди рассеяны, отрезанные от своих корней, не знают своей истории, языка, для них потеряны наши обычаи, обряды, народная культура. До недавнего времени эти трагические страницы в истории двух народов — украинского и польского — замалчивались или освещались однобоко тенденциозно. Мы должны сделать все для того, чтобы исправлять ошибки и вины наших предков, чтобы находить только то, что их объединяет, что их сближает, гарантирует им действительно искренние, братские отношения и нормальное человеческое общежития.

Комментарии запрещены.

Навигация по записям